День с самого начала выдался какой-то неудачный. Вначале Грейнджер проспала завтрак, чего с ней никогда ранее не было. С ней-то! С правильной Гермионой! Затем все-таки кое-как она успела на первый урок, по дороге спотыкаясь. Девушка уже всерьез задумывалась, а не наложил ли на нее кто заклятие Конфундус. На первом уроке было относительно мало происшествий, за исключением того, что она шепотом снова переругивалась с этими непонятными мальчишками, у которых на уме было все, кроме уроков. Странную угрюмость Гарри она понимала, самой было сложно сейчас находиться в Хогвартсе, когда на посте директора стоит человек с темным прошлым, а половина преподавателей- известные Пожиратели.
Девушка вздохнула и посмотрела в окно. Профессор что-то рассказывал об очередном, уже пятисотом восстании гоблинов, и почти никто его не слушал. Лишь Герми автоматически заносила пометки в видавшие виды блокнот.
Наконец, нудный длинный и абсолютно бесполезный урок окончился. Казалось бы, всего лишь час, а как он может испортить настроение. И вдобавок, Грейнджер окончательно поругалась с ребятами, и последующие уроки сидела уже отдельно от них. Мальчишки они и есть мальчишки. Что с них возьмешь?
Нудный учебный день наконец-то завершился… На обед Герми пришла быстрее всех и быстрее всех покинула зал и пошла к озеру. Настроение было ни к черту и как всегда бывает в такие моменты, Гермиона решила посидеть у озера, и подумать… Или просто порисовать.
Гермиона вышла на поляну перед озером.
Стояла теплая погода, по почти зеркальной глади озера проходила легкая рябь от чуть ощутимого ветра. Этот же ветер трепал траву, заставляя ее совершать волнообразные движения, словно это было маленькое зеленое море, миниатюра моря, но на суше.
Девушка раскрыла блокнот, который она достала из сумки, взяла простой карандаш и оглядела местность в поисках предмета рисования. На ветку села красивая разноцветная птичка.
Она была небольшой, но жутко проворной. На ее крыле было большое белое округлое пятно, а спинка черная. Бока птицы белые, может, даже слегка буроватые, если смотреть против солнца, когда на птицу падает тень от листвы. На голове у нее была красная шапочка, а на груди пестрины. Птичка принялась долбить клювом кору дерева, пытаясь высунуть оттуда букашек и весело вещала.
Герм залюбовалась этой птицей и сделала первый штрих, запечатляя на бумаге голову птицы. Вот появился клюв на листе бумаги, за ним линия головы, обрамленная классной шапочкой.
Штрих и еще штрих - линия, плавно изогнувшись превратилась в грудку птицы.
Герм улыбнулась, по привычке грызя карандаш, склонила голову на бок. рассматривая птицу и сделала следующий штришок.
Седрик показался из-за дерева. Его вид не предвещал ничего хорошего. Лицо было абсолютно непробиваемым, в глазах полыхал красный огонь. В правой руке он сжимал волшебную палочку, которая пока еще была опущена. Седрик бросил хмурый взгляд на Гермиону, увлекшуюся рисованием, но подходить не стал. Он просто стоял напротив у дерева, чувствуя, что ненависть его возрастает с каждой минутой.
Гермиона сделала еще один штрих в блокноте, вырисовывая перья на хвосте птицы, заштриховывая перышки. Она услышала шаги и подняла голову, на миг,отрываясь от рисунка.
- Привет Седрик!- она мило улыбнулась, но заметив в его руке палочку вопросительно изогнула бровь.
-Седрик? Что-то случилось?
Она оглядела его с ног до головы, у парня был странный вид, а Гермиона со свойственной ей чертой «матери Терезы» хотела помочь, если что-то случилось. Тем более, что с недавнего времени Седрик стал учиться на одном факультете с ними, на Гриффиндоре. И все это из-за этого дурацкого приказа о расформировании факультетов. Если раньше среди четырех факультетов война хоть и была, но такая: поругались и забыли, то сейчас школа словно поделилась на два враждующих лагеря. Но с Седриком они были друзья…И это радовало. Но все же Герм обеспокоено смотрела на парня, пытаясь угадать, что же произошло.
«- Убить... убить...» - бешено стучало у него в мозгу. Он не ответил на вопрос Гермионы, нахмурился еще сильнее. –« Борись, кретин! Ты же человек... Не давай взять над собой вверх. Подумай о том, что ты можешь совершить...»
На мгновение хватка ослабилась и палочка была уже готова выпасть из рук. И Седрик устало закрыл глаза
«- Нет, убить!»
Он резко открыл глаза, демонический огонь горел в них как нельзя ярче
- Не долго тебе осталось, Грейнджер, - хрипло проговорил он, поднимая палочку.
-Седрик, в чем дело?!- Гермиона недоуменно посмотрела на Диггори, опуская блокнот и карандаш. – Тебе нехорошо?- она обеспокоено его оглядела. - Что ты делаешь?!
Когда Седрик начал медленно поднимать на нее палочку, она положила блокнот на землю и встретилась глазами с Седриком. Они, против обыкновения были красными щелками.
Ни лице Гермионы отобразился испуг и недоумение. Рука потянулась к карману, где находилась волшебная палочка.
Сжав холодное древо палочки в руке, Гермиона принялась говорить:
-Седрик. Все хорошо, опусти палочку…ты не в себе…
В глазах девушки отобразился испуг. Палочку она держала наготове возле правого бедра.
Парень лишь злобно усмехнулся полностью проигнорировав ее слова. Он забылся, уже ничего прежнего в нем не оставалась в эту минуту.
- Экспеллиармус! - выкрикнул он, но интонации были холодными и жесткими. Палочка девушки отлетела на несколько миль от нее.
- Поздно сопротивляться, Гермиона, - подошел поближе, - Поздно для всего...
Палочка вылетела у нее из руки, Гермиона лишь проводила ее глазами ,и быстро вскочила с места, ее грива рыжих волос синхронно, но чуть с заметным опозданием взмыла в воздух вслед за ней, блокнот упал на землю, карандаш рядом, ударившись оземь, покатился по земле.
Птица, которую срисовывала Гермиона, испуганная криком и вспышкой заклятий, вспорхнула и улетела в голубо-серое небо, а девушка лишь проследила за ней глазами, захотев так же улететь вслед за птицей.
Гермиона испуганно прижалась к дереву, смотря на Седрика и заикаясь, произнесла:
-С-с..седрик...ч-ч..что ты д-д..елаешь? Ч-ч..-то т-тебе н..нужно?
Она сжимала руками ткань мантии так, что пальцы побелели.От испуга сердце забилось в груди быстрее и готовилось выпрыгнуть наружу.
Гермиона стала медленно пятиться назад, но уперлась в следующее дерево.
- Ч-ч..то ты х..х-хоч-ч...чешь???- спросила она, тихо и заикаясь.
- А ты не поняла?
Седрик скривился в мерзкой усмешке, изогнув бровь
- Убить тебя, Грейнджер, он снова поднял палочку.
« - Зачем?- внутренний голос взывал к нему - Остановись! Это не ты. Борись со своей слабостью... Убьешь один раз невинного человека, сможешь и еще... Гермиона ничего тебе не сделала!»
Он скорчился от неожиданной перемены в себе самом. Ему казалось что с двух сторон ему кричат два абсолютно разных голоса и каждый твердит свое:
« - Убей... убей... Ты можешь стать великим! У тебя будет все, что ни пожелаешь! Только убей.. Ну же.. Не будь тряпкой... Перебори в себе эту преграду! Шагни навстречу к великому будущему!»
Седрик выронил палочку, схватившись за голову. Упал ничком на землю, пытаясь подавить крик отчаяния.
- Нет! Нет!
Он ударил кулаком по дереву и затих, не подавая никаких признаков. Но уже через минуту его рука стала шарить по земле, нащупывая палочку. Найдя ее, Седрик поднял лицо от земли. В глазах горел огонь ярости и жажды убийства. Темная сторона одержала вверх.
Гермиона судорожно сглотнула, попыталась сделать шаг назад, но сзади дрожащие руки нащупали дерево.
Убить? Убить меня? ЗА ЧТО?? Да что с ним происходит? Нужно бежать! Он под действием каких-то чар!!!
Несколько секунд, драгоценных секунд, пока Седрик валялся на земле были упущены. Герм лишь стояла, тупо созерцая картину происходящего, но когда девушка увидела его дьявольские глаза, то она закричала от ужаса и бросилась бежать, не разбирая дороги. Сердце бешено колотилось, кровь стучала в висках. Такой скорости от себя Гермиона не ожидала. Она не оборачивалась и не хотела оборачиваться.
- Черт!
Седрик разозлился не на шутку, когда Гермиона пустилась в бегство. Проклиная все на свете, ринулся за ней « - Не уйдешь, девчонка...»
- Ступефай! - на бегу он выкрикнул заклинание, целясь в спину гриффиндорки. Но он промазал, угодив немного в сторону, но этого было достаточно, чтобы Гермиона подскользнулась и упала.
- Уже не уйдешь, - Седрик навис над ней дьявольски улыбаясь. - Встань и встреть смерть достойно!
Гермиона споткнулась от заклятья, пущенного в нее Седриком. В горле застрял ком, сердце судорожно колотилось, руки дрожали. Она приподнялась, когда увидела вновь красные глаза Седрика. Бледная, как полотно, она тихо поднялась и встала на дрожащих ногах, умоляюще посмотрев на Седрика.
О мерлин! За что?!
-С...с..седрик, - она проглотила ком, стоящи в горле, из глаз самопроизвольно текли слезы.- Н-не н-н-надо, п-п..прошу...
Девушка дрожала всем телом, то сжимая, то разжимая холодные дрожащие руки.
- За ч-что??- произнесла почти шепотом она, с трудом выговаривая слова.
При виде слез Гермионы вздрогнул. Что-то отдалено напоминающее жалось шевельнулось в нем. Показалось, что его сердце сжали... Седрик стоял молча, по-прежнему с хмурым лицом, глядя в упор на девушку. Рука с палочкой медленно поднялась, он отвел глаза в сторону, прикрыв их.
- Круцио!
Гермиона не верила, что это Седрик, этот добрый милый ноша мог так поступить....не верила, пока он не направил палочку и не произнес пыточное проклятие. Несколько секунд ничего не происходило, когда в тело вошел зеленый луч, но за сотые доли секунды боль разлилась по телу. От этой боли Гермиона не могла удержаться на ногах, она упала ничком, прямо в ноги Седрику, корчась на земле от боли и крича от боли. Всепоглощающая и неумолимая. Она была везде, в каждом дюйме тела, в каждой клеточке тела. Словно сотни иголок впились в тело, словно что-то невидимое и необъяснимое снимала тело девушки, словно кусок пластилина. Сквозь крики, бессвязные рыдания и всхлипы были слышны слова Гермионы:
"Седрик! Прошу, не надо..."
Седрик смотрел пустым, равнодушным взглядом, как Гермиона корчиться от боли. Вскоре на его губах заиграла безумная усмешка.
- Все, Грейнджер...
Он опустил палочку и подошел к ней, присев рядом и склонился низко над ее лицом, чтобы она могла видеть его и лицо и глаза, чтобы она запомнила их.
- С тебя достаточно, - улыбнулся, поднявшись на ноги, и отошел немного назад. Поднял палочку. Седрик открыл рот, оттуда вырвалось шипение, он говорил на змеином. Это были последние слова, адресованные лично Гермионе, и перевод их был прост:"Прощай". А за ними последовало и заклятье:
- Авада Кедавра!
Перед глазами Гермионы стояла лишь красная пелена, а все тело, словно сжигали заживо, но неожиданно пелена боли отступила от нее. Она лежала на спине, хватая ртом воздух, словно рыба, попавшая в сеть. И тут она увидела склонившегося Седрика, его красные дьявольские глаза и их желание убивать.
Она хотела что-то сказать, но из горла вышел лишь стон, а изо рта тоненькой струйкой пошла кровь.
Гермиона расширенными от ужаса глазами следила за движениями Седрика, за взмахом его руки и услышала заклятье.
Последнее, что она видела перед тем, как зеленая вспышка вошла в ее тело, были горящие глаза Седрика…
Заклятье без помех поразило тело девушки, и уже через несколько секунд после того, как заклятье коснулось ее, ее сердце стало стучать все медленнее. еще один стук, тише...оно остановилось.
Палочка выпала из рук Седрика. Пелена словно спала с глаз.
« - Что я наделал?»
Он смотрел на распростертое тело Гермионы и до него начал доходить ужасный смысл произошедшего « - Бежать... бежать куда подальше... Это не я... Я не виновен!»
Седрик попятился.
«-Но все-таки ты сделал это!»
Седрик сделал рывок вперед, подобрал палочку и побежал в неизвестном направлении прочь, спотыкаясь и ломая ветки деревьев, попадающиеся на пути.
А Гермиона так и осталась лежать в неестественной позе с застывшим слепым ужасом и болью в глазах.
Ее тело медленно остывало, лежа на траве. Неподалеку лежал слегка измятый блокнот. Ветер перевернул лист и на нем был запечатлен так и не дорисованная птица, а в небесах, словно напевая последнюю прощальную песню, летала та самая птица, словно душа только что умершей девушки, соединившись с птицей, мчится к свободе...